Ты был моей болью, моим врагом и самой большой ложью моей жизни. Но ты первым показал мне, что боль может быть приятной, а смерть – красивой. Ты называл ее искусством.
Ты учил меня и сам открывал новое. Рядом были другие, но я всегда чувствовал только тебя. Ты доводил меня до бешенства, но ты же и успокаивал. Знаешь, до тебя я был один: отец, который вызывал только злобу, и мать, которую я искренне любил, - их не стало. И в каком-то смысле ты заменил мне их обоих. Какой бред! Впрочем, эта реальность очень похожа на фантазии сумасшедшего. Потому что я привык к твоей жестокости, твое искусство начало мне нравиться. Ты стал мне близок. Я возвел тебя на пьедестал и стал самым верным твоим последователем.
И тогда ты все разрушил. Ты снова назвал искусство жестокостью, а нас – монстрами. Ты стал другим и ушел, корчась в муках. Ты справился с этим, остался собой. Но что делать поклонникам, если их кумир отверг все, что делало их такими особенными и близкими к нему? Я потерялся. Я убивал, но это было не так красиво без тебя. Я становился все хуже, пытаясь достичь твоего величия, но ты смотрел все с большей неприязнью.
И тогда я научился ненавидеть. Я разрушил твой пьедестал и втоптал в грязь память о тебе. Но почему же я до сих пор чувствую тебя в своем сердце?